ИТОГИ-2021: законотворчество

В этом году мы ощутили всю разрушительную силу поправок к Конституции-2020: власть президента в стране стала практически абсолютной, и суды никак не мешают перекраивать нормы законов и Конституции в угоду политической необходимости. Итоги года в сфере нормотворчества подводит юрист и правовед Екатерина Мишина.

Главной законотворческой бомбой 2020-го стали поправки к Конституции страны. Главной, но не единственной. За основным ударом последовали другие. И хотя изменения в действующем законодательстве страны, проводившиеся под эгидой приведения законодательства в соответствие с новой редакцией Конституции, по своему рангу в иерархии правовых норм стоят ниже поправок к Конституции, они обладают столь же разрушительной силой

Вот пример: в ноябре 2020-го были приняты поправки в Федеральный конституционный закон о Конституционном суде – якобы только для того, чтобы привести действующее законодательство в соответствие с изменившейся Конституцией. Однако в ноябрьских поправках появляется и запрет на особые мнения судей, о котором в конституционных поправках не было ни слова, и приведение процедуры официального разъяснения предыдущих постановлений КС в полностью закрытый режим. Такой законотворческий приём иногда называют «наездник» – когда инициативы, которые сами по себе не смогли бы пройти, принимаются оптом.

«Что ж я пожну, когда так страшно сею?» – спрашивала Джульетта в шекспировской трагедии. Поправки посеяли очень опасные зерна, и жатва-2021 получилась так себе

«Что ж я пожну, когда так страшно сею?» – спрашивала Джульетта в шекспировской трагедии. Поправки посеяли очень опасные зерна, и жатва-2021 получилась так себе.

За обновлённой статьёй 67.1 Конституции (защита исторической правды) последовали изменения в статью 354.1 Уголовного кодекса «Реабилитация нацизма» – хотя в самих конституционных поправках говорилось только об искажении исторической правды об участии России во Второй мировой войне. Вслед за этим возникло и отдельное подразделение в Следственном комитете РФ, которое занимается делами о фальсификации истории.

Новая редакция статьи 354.1 УК РФ установила уголовную ответственность за унижение чести и достоинства и за распространение заведомо ложных сведений о ветеранах ВОВ, в том числе в интернете, за распространение выражающих явное неуважение к обществу сведений о днях воинской славы и памятных датах России, связанных с защитой Отечества, а равно осквернение символов воинской славы России, оскорбление памяти защитников Отечества. Норма стала безразмерной, её охват огромен: вся негативная информация о действиях СССР во Второй мировой приравнивается к посягательству на историческую правду. Поправки стали плодить то, что юристы называют резиновыми формулировками – нормы, которые можно притягивать к самым разным случаям, нормы неправовые, ибо они нарушают один из главных принципов правового государства – принцип правовой определённости.

Второй пример – весенний законопроект об ограничении избирательного права и введение обратной силы закона в отношении сотрудников организаций, которые признаются экстремистскими. Совершенно понятно, кому и зачем были нужны эти нормы (и против кого направлены), но это возмутительное нарушение: принцип запрета обратной силы уголовного закона закреплён в Уголовном кодексе страны, это один из ключевых принципов уголовного права. Увы, но политическая целесообразность весной 2021-го официально перевесила.

Дьявол в деталях, в нашем случае – не только в законодательных изменениях, но и в постановлениях правительства, и в подзаконных актах, и, главное, в правоприменительной практике. Мы не увидим всей разрушительной силы поправок о просветительской деятельности (поправки к федеральному закону «Об образовании»,) если не осознаем, что у студентов и преподавателей вообще не остаётся свободы манёвра, если не вчитаемся в обновлённые формулировки, где буквально сказано, что государство осуществляет просветительскую деятельность, а образовательные учреждения лишь вправе это делать. Сразу понятно, кто источник просвещения в стране. А у меня, поступавшей в вуз при Брежневе, абсолютное дежавю. И я не хочу возвращения той насквозь политизированной модели образования.

Конституционные поправки усилили и без того очень сильную вертикаль власти, сделали президента практически безнаказанным

Конституционные поправки усилили и без того очень сильную вертикаль власти, сделали президента практически безнаказанным: президент может быть отрешён от должности, а бывший президент лишен неприкосновенности только на основании выдвинутого Госдумой обвинения в государственной измене или совершения иного тяжкого преступления, подтверждённого заключениями двух высших судов России – Верховного и Конституционного. А если мы заглянем в другие поправки, то увидим, что полномочия судей этих  судов, их председателей и заместителей председателей могут быть прекращены по представлению президента Советом Федерации (30 человек из состава которого напрямую назначаются тем же президентом). Так что, как говорится, следите за руками!

Не будем забывать и законопроекты. И начнём со знаменитого законопроекта о вынужденной коррупции – он предлагает освобождать чиновников от уголовного преследования при определённых обстоятельствах: мол, брать взятки нельзя, но иногда всё же можно. Он не снят с рассмотрения, а лежит в Госдуме, ждёт второго чтения и, думаю, будет принят. Двойные стандарты, то самое избирательное правоприменение, о котором мы говорим много лет, закрепляются в нормативных правовых актах.

А указ президента, щедро даровавший чиновникам лазейку для обхода закреплённого в Конституции запрета и установивший, что в некоторых случаях на государственную и муниципальную службу могут быть приняты и назначены на должности россияне, имеющие  гражданство (подданство) иностранного государства? Это же создание исключений из конституционной нормы президентским актом. Где же иерархия нормативных актов РФ, на которую так любят ссылаться в международных судах, почему она исчезает во внутреннем нормотворчестве?

Вносятся всё новые поправки в закон о полиции, расширяются её полномочия, полномочия других силовых структур. Обратите внимание на чудовищное несоответствие степени общественной опасности деяний и наказаний, которые выносит суд – 5 лет за твит. На то, что уголовное дело в отношении Андрея Пивоварова вопреки нормам УК было возбуждено уже после прекращения сотрудничества Пивоварова с «Открытой Россией», признанной нежелательной организацией, и её самоликвидации.

Политическая воля явно главенствует над правовой необходимостью. Государство не видит проблемы в домашнем насилии – и закон о нём не принимают, зато объявляют «Насилию.нет» иностранным агентом. Какому иностранному принципалу было выгодно, чтобы нашим избитым женщинам было куда обратиться – Англии, Франции, Штатам?..

Суды пренебрегают нормами права, хотя должны это право защищать. Вместо этого они всё активнее защищают государство от его же граждан, и в 2021 году эта практика расширилась и закрепилась.

Поделиться