Свобода от зависимых

Как урегулировать проблему территорий со спорным статусом в составе и под протекторатом России

Поделиться
«Серые зоны», в которые превратилось большинство спорных территорий постсоветского пространства, зримо деградируют: права человека нарушаются, уровень криминализации высок, уровень жизни крайне низкий. «Рефорум» публикует доклад группы экспертов, содержащий возможные пути выхода из положения.

Актуальность проблемы, поставленной в докладе, трудно переоценить. Помимо прочего,  конфликты вокруг спорных территорий постсоветской Европы и Южного Кавказа отравляют отношения России с соседями, лишают стороны возможностей конструктивного взаимодействия, загоняя в тупик или воронку эскалации. Поддержание напряжённости во взаимоотношениях с окружающими странами ослабляет их, но бумерангом ударяет и по самой России, направляя её ресурсы не на достижение синергии для созидания, а в прямо противоположную сторону.

Авторы справедливо исходят из трендов современного развития глобального мира. Действительно полезными для Российской Федерации представляется стабилизация на её границах и в традиционных зонах влияния, восстановление репутации государства как надёжного и предсказуемого партнёра, возвращение ко всем формам сотрудничества с развитыми и развивающимися странами, укрепление лидирующей роли на постсоветском пространстве за счёт ресурсного, научного и культурного потенциала (а не за счёт военных угроз и экономического шантажа).

Неудобное прошлое и непростое настоящее

Как концептуально подходить к проработке таких сценариев на этапе, когда традиционная Вестфальская система ушла в прошлое, в мире, который идёт от национальных государств к world society, с возрастающей ролью «массового» человека, с политарными и мобильными идентичностями, с множащимися каналами и способами коммуникации? С позиций реализма или либерализма?

Теоретический реализм авторов привёл к предложению очень разных решений, которые государства – стороны конфликта, возможно, будут воспринимать как недостаточные, несправедливые и вряд ли приемлемые.

К примеру, с 2008 г. ситуация в Грузии заметно изменилась, как и баланс сил в регионе. Потому сомнительно, что нынешняя Грузия согласится на конфедерацию с сохранением российского военного присутствия, уже добившись безвизового режима с ЕС и подвижек к получению Плана действий по членству в НАТО, которое вполне могут реализоваться на фоне ужесточения противостояния РФ и Запада.

Так же время работает против реализации Минских соглашений в любом их прочтении. Команда Зеленского, изначально допускавшая проведение выборов в ОРДЛО до передачи контроля над границей, как это и записано в Минске-2, и подписавшая «формулу Штайнмайера», под давлением общественности сейчас твёрдо находится на позиции «сначала граница, потом выборы и всё остальное».

Для стратегического урегулирования, если мы не хотим продолжения тлеющего конфликта с риском новой горячей фазы, главный вопрос в другом: как будут соблюдаться права человека при решении вопросов спорных территорий?

Но для стратегического урегулирования, если мы не хотим продолжения тлеющего конфликта с риском новой горячей фазы, главный вопрос в другом: как будут соблюдаться права человека при решении вопросов спорных территорий? Больше или меньше прав – гражданских, политических, социальных, исходя из принципа их неделимости – станет у жителей этих территорий в результате предлагаемых сценариев разрешения конфликта?

Освобождение сознания

Нельзя не учитывать, что страны, от которых спорные территории были отторгнуты годы или десятилетия назад, за это время сильно изменились. С другой стороны, люди много узнали и о государстве, которое сейчас осуществляет над их родными землями эффективный контроль.

Надо ли спрашивать мнение людей, живущих на этих территориях? Ответ содержится в последних данных «индекса надежды» и «индекса счастья» Gallup International: жители Гонконга, который уже много лет после перехода под контроль КНР сотрясают массовые протесты, – одни из самых несчастных и пессимистичных в мире.

Если речь о ДНР и ЛНР, то ключевая сложность в том, что нельзя все «поставить на место». После стольких лет войны мало просто перестать стрелять и вывести из Украины российских военных, как кадровых, так и включённых в состав местных вооруженных подразделений. Это план был бы хорош в 2015 году, но к тому времени, когда Россия окажется готова прекратить военное вмешательство, пройдёт ещё энное количество лет, и в оккупированных районах Донбасса просто сменится население. Многих не оживить, кого-то не вернуть домой из изгнания, а значительную часть оставшихся и выросших за время оккупации крайне сложно «распутинизировать».

Воля населения – вот важнейший аргумент для международного арбитража. Но она же и главное препятствие для разрешения конфликта

Воля населения – вот важнейший аргумент для международного арбитража. Но она же и главное препятствие для разрешения конфликта. И тогда сложно избежать искушения считать способ, которым решил карабахскую проблему Азербайджан, единственно эффективным: деоккупация силой и новая смена населения. Идеальный вариант – когда общественная атмосфера в странах, втянутых в территориальный конфликт, выровняется, но не как сейчас в России и Беларуси, а на основе совпадения представлений о праве и гуманизме.

Алгоритм возможного решения

Унифицированная последовательность действий по урегулированию может состоять из мероприятий, предлагаемых авторами доклада для разных территорий и дополненных не артикулированными в докладе:

— признание сторонами конфликта факта оккупации и готовности государства, осуществляющего эффективный контроль, к урегулированию, включая компенсацию государству-жертве;

— полная демилитаризация спорной территории и снятие всех блокад, при обязанности стороны, осуществлявшей эффективный контроль, нести все расходы по обеспечению благополучия населения территории во время переходного периода, в соответствии с IV Женевской конвенцией;

— создание миссии ООН по временной администрации и введение миротворческих сил ООН, укомплектованных представителями стран, не состоящих в военно-политических союзах и не являющихся стратегическими противниками одной из сторон;

— подготовка и проведение референдумов по чётким правилам, признаваемым пострадавшей страной, с правом голоса для всех, проживавших на территории на время начала конфликта, и их детей, в соответствии с Кодексом надлежащей практики референдумов, одобренным Советом за демократические выборы на 19-й сессии и Венецианской комиссией на 70-й пленарной сессии; сначала на референдум выносится опция, предлагаемая государством, в международно признанных границах которого находится территория.

Такой вариант представляется идеалом, к которому нужно стремиться. В реальности каждый конфликт вокруг спорной территории сопровождается нюансами, которым стороны придают принципиальное значение. И конечно, для этого нужно согласие и политическая воля обеих сторон: государства, в международно признанных границах которого находится территория, и государства, под эффективным контролем которого она сейчас находится.

Решение проблемы спорных территорий по периметру России намертво завязано на самую проблемную территорию – собственно Россию

Решение проблемы спорных территорий по периметру России намертво завязано на самую проблемную территорию – собственно Россию. Она ведь тоже в определенном смысле сейчас оккупирована, и намеков на появление внутренних деоккупационных сил не видно. А кто-нибудь в состоянии набросать, например, как в чаемой России будущего будут выглядеть контуры нормализации общественной и политической жизни в Чечне, территории без спорного статуса, но выпадающей даже из специфических норм путинского государства?

Наверное, в ходе дискуссии, которую открывает доклад, появятся и более перспективные варианты решения. Искать их необходимо с использованием всего доступного интеллектуального ресурса.

Поделиться