“Московская политика строится на недоверии к регионам”

Весной 2020 года Россия вошла в кризис, имея те социальные институты, которые были созданы в течение последних двадцати лет. Именно ими, а не вирусом будет сформировано посткризисное будущее. Есть институциональная сфера, которая во время кризиса и непосредственно после него требует к себе особенного внимания – это, конечно же, федеративные отношения.

Я живу в Хабаровске, в одном из тех мест, откуда хорошо видны детали российского федеративного механизма. Я не устану это повторять: губернатор Хабаровского края должен быть в первую очередь подотчётен жителям региона, а не федеральному правительству. Хабаровчане прекрасно знают, какое неаппетитное зрелище представляет собой губернатор, все силы которого уходят на «поддержание хороших отношений с Москвой» – такая «власть» склонна удаляться в тёмные дебри отчётности и статистических показателей, покидая скучные реалии, в которых живёт регион.Всё началось, условно, в августе 2018 года, в преддверии выборов губернатора. Формально фаворитом «гонки» считался действующий губернатор, член «Единой России» Вячеслав Шпорт, который занимал эту должность в течение девяти лет, а прочие кандидаты выглядели откровенно «декоративными». Однажды телевидение показало отрывок беседы Шпорта с президентом Путиным, в которой глава региона отчитывался о высоких зарплатах хабаровских медиков (прозвучала цифра восемьдесят тысяч рублей). По оценкам самих врачей, доход в восемьдесят тысяч тогда представлял собой верхний предел по региону, доступный немногим. Типичная зарплата медика в крае была едва ли не вдвое ниже, а кое-где и того меньше.  После этого случая (хотя претензии к руководству у хабаровчан были и раньше) в крае утвердилось мнение, что Вячеслав Шпорт не в курсе жизни региона, да и не слишком-то ей интересуется.

И эта отстранённость губернской власти от текущих дел края стала одной изфундаментальных причин, по которым персональный состав высших должностных лиц сменился у нас почти полностью за последние полтора года. Сказать, что «Единая Россия» потерпела в крае электоральное фиаско – не сказать ничего: то, что происходило в краевой политике начиная с сентября 2018 года по осень 2019-го правильнее обозначить словом «разгром». За год«партия власти», которая прежде безоговорочно доминировала, потеряла практически всё. Например, единоросы имеют только два мандата в краевой Законодательной Думе из тридцати шести, в то время как в предыдущем составе краевого парламента им принадлежало тридцать мест. А кандидатка от «Единой России» на довыборах в Государственную Думу певица Вика Цыганова по количеству поданных за неё голосов не заняла даже второго места.

Однако пандемия COVID-19 и последовавший за ней «режим самоизоляции», подсветили сферу краевой политики и взаимоотношений с федеральной властью с неожиданной стороны. Избранный осенью 2018 года губернатор Хабаровского края Сергей Фургал длительное время демонстрировал свою вовлечённость и заинтересованное участие в жизни региона – И дальневосточники к вновь избранной власти в целом относились благожелательно. Политик, проявивший внимание к жизни людей, пользовался популярностью в крае вне связи с его партийной принадлежностью (а Сергей Фургал – член ЛДПР).

Сейчас мы, возможно, наблюдаем, как краевая политика проходит «новый поворот». Дело в том, что до нашей тихой губернской столицы долетел «окрик» из Москвы о том, что край недостаточно энергично «борется» с пандемией. Московский «подзатыльник» привёл к парадоксальному результату: в начале апреля, «без объявления войны» была перекрыта трасса, связывающая Хабаровский край с Еврейской Автономной областью. Здесь следует сделать важную оговорку: мост, который связывает два региона, начинается прямо в черте города Хабаровска, и многие хабаровчане живут в ЕАО, имеют там земельные участки или, по крайней мере, часто там бывают. При этом мост – единственный сухопутный способ попасть с правого берега Амура на левый.

Кроме того, левый берег (территория ЕАО) представляет собой сельскую местность, которая, насколько я могу судить, прекрасно подходила бы для «самоизоляции» по сравнению с густонаселённым городом, тем более что многие хабаровчане и так выезжали туда совершенно добровольно. Обнаружив однажды поутру, что проезд в родной город и выезд из него перекрыты, люди поспешили сообщить эту новость городу и миру, и она вызвала чрезвычайный ажиотаж.

Вышла информационная заминка: некоторые источники связывали «блокаду» с неким высокопоставленным чином в краевом ГИБДД, другие комментаторы расценивали происходящее как попытку хабаровского губернатора продемонстрировать верность московскому начальству. Так или иначе, «всероссийская самоизоляция» начала приобретать в глазах хабаровчан очертания слона в посудной лавке. Проезд по мосту поспешно открыли, да и «недо-карантин» постепенно затянул всё обыкновенной рутиной, но образ неизящно танцующего слона уже успел запечатлеться в умах даже у не самых впечатлительных хабаровчан.

Я считаю, что произошедшее «перекрытие границы» – символ того глубокого недоверия к регионам, на котором строится почти вся московская политика. Разумеется, это эксцесс, но я думаю о том, что, если даже относительно небольшая угроза, которую представляет собой эпидемия COVID, сопровождается эксцессами такого рода, то как власть встретит по-настоящему серьёзную опасность? Не получится ли так, что при виде угрозы чиновничество займётся демонстрацией верности и покорности «вышестоящему начальству» вместо того, чтобы рационально реагировать на окружающую действительность? Не будет ли окончательно разорвана и так слабая обратная связь между людьми и властью, да и между разными уровнями внутри самой власти? Ведь речь идёт не только о неудобствах для людей, но и о полной бессмысленности таких радикальных действий с точки зрения противодействия заявленной угрозе.

Казус с «перекрытием границы» подталкивает меня ещё к одной важной мысли: ведь федеративные отношения – это не только и не столько отношения между регионом и федеральным правительством. Для меня федерация – это в первую очередь взаимоотношения регионов между собой. Вопрос о рассредоточении людей, о карантинных мероприятиях, может и должен рассматриваться путём взаимодействия между региональными администрациями.

Существует простой географический факт: расстояние между Хабаровском и Биробиджаном составляет всего сто семьдесят километров по прекрасной автомобильной дороге, притом, что ЕАО граничит непосредственно с городом Хабаровском. Между городами имеется также и железнодорожное сообщение. Взаимодействие между правительствами Хабаровского края и ЕАО по своей оперативности и осмысленности могло бы намного опережать командование обоими регионами из Москвы. Очень жаль, что региональные администрации не имеют привычки и навыка взаимодействия друг с другом. Может быть, этот навык съела необходимость поминутно принимать позу покорности, и только потом уже рационально думать?

С моей точки зрения, лекарство от этой административной «болезни» прописано в Конституции, оно называется «разграничение предметов ведения». Применительно конкретно к текущему кризису можно сказать, что федеральное правительство могло бы взять на себя прежде всего ту работу, которая касается в равной мере всей страны: научно-исследовательскую деятельность (вирус-то один на всю страну), разработку рекомендаций по противодействию распространению инфекции. А вот непосредственные условия карантина, как и решение вопроса о его необходимости, с моей точки зрения, должны соответствовать местным условиям и входить в сферу ответственности региональных правительств.

Если что-то и может повредить политическому единству страны, то это уж точно не инициатива и не самостоятельность правительств субъектов федерации. Я уверен в том, что настоящая угроза исходит от распада горизонтальных связей — между регионами, между предприятиями, между людьми. Если первое, что приходит в голову чиновнику, ответственному за «решительные действия» – это ждать команды из Москвы, отгородившись от соседнего региона, то впереди нас будет ждать погружение во всё более безнадёжную стагнацию, связанную с угасанием общественной жизни и предпринимательской деятельности. Люди должны находить помощь в первую очередь у своих соседей. Взаимодействие всех со всеми только через посредничество далёкого и «грозного» начальства – это и неэффективно и ставит под угрозу устойчивость всей системы.

Автор – Константин Бубон, юрист, член коллегии адвокатов Хабаровского края «Форум».

Поделиться